Сценарий Хозрасчет. Постановка спектакля "М.Зощенко.

Участники : учащиеся 7-го класса, классный руководитель, гости — ученики 7—8-х классов.

Цели:

1) способствовать развитию эмоционально-чувственной сферы детей;

2) содействовать проявлению и развитию творческих способностей учащихся.

Подготовительная работа

I. Инициативная группа учащихся совместно с классным руководителем выбирает наиболее интересные и смешные сценки из произведений художественной литературы и репетирует.

II. Оформительская группа готовит афишу театрального представления, плакаты с шаржами и карикатурами.

III. Остальные ученики вспоминают и записывают смешные истории на уроках, переменах, дома и т.д.

Оформление, оборудование и инвентарь:

а) классная доска оформлена в виде театрального занавеса;

б) на стены прикреплены плакаты с шаржами и карикатурами;

в) несколько рядов стульев расставлены полукругом. Ход представления

Театральное представление ведут девочка (одета красиво и аккуратно) и мальчик (одет несуразно, смешно).

Девочка. Здравствуйте, друзья!

Мальчик. Почему вы смеетесь? Ой, я плохо выгляжу!

Девочка. Да, Леша, посмотри на себя? (Протягивает ему зеркало.)

Мальчик (глядя в зеркало и чуть-чуть поправляя что- то на голове). А почему все смеются? Как ты думаешь?

Девочка . Потому что твой вид не соответствует торжественной обстановке. То есть твоя форма не соответствует содержанию.

Мальчик. Никогда бы не подумал!

Девочка . А ты знаешь, ведь смех тесно связан с сатирой и юмором.

Мальчик . Знаю, знаю. Сатира — это гневный, обличающий смех. Явления, на которые он обращен, вредны и опасны. Сатирический смех — гневный, злой, в нем звучит негодующее отрицание. Сатирический герой не может быть положительным.

Девочка . Сейчас вы сами убедитесь в этом. Посмотрите, пожалуйста, сценку из комедии Фонвизина «Недоросль».

Сцена из комедии Д. Фонвизина «Недоросль» об экзамене Митрофанушки (приложение 1).

Девочка . Теперь ты видишь, что здесь высмеивается невежество.

Мальчик . Знаешь, Наташа, я совсем не хочу быть похожим на Митрофанушку. Просто я смешно одет. А ведь юмор отличается от сатиры.

Девочка. Четких граней отличия нет, и основывается он на том же несоответствии. Но можно сказать, что юмор более добрый, высмеивающий какие-то положения.

Мальчик . Давайте же посмотрим инсценировку рассказа Зощенко «Кочерга».

Инсценировка рассказа М. Зощенко «Кочерга» (приложение 2).

Мальчик. Наташа, а что это? Сатира или юмор?

Девочка . Я думаю, что все-таки юмор, хотя невежество здесь тоже высмеивается.

Мальчик . Давайте еще посмотрим инсценировку рассказа Носова «Замазка».

Инсценировка рассказа Н. Носова «Замазка» (приложение 3).

Мальчик. А я слышал, что одна минута смеха продлевает жизнь на один год.

Девочка . Давайте еще посмеемся, потому что смешное окружает нас и в жизни.

Ученики рассказывают смешные истории из своей жизни.

Мальчик . Теперь, ребята, можно сказать, что мы стали долгожителями. И в этом нам помог смех.

Девочка. А еще Бальзак сказал, что «смехом исправляются нравы». Поздравляю всех с первоапрельским праздником — Днем смеха.

Литература

1. Зощенко М. Рассказы. М., 1987.

2. Носов Н.Н. Фантазеры. Л., 1990.

3. Фонвизин Д.И. Недоросль. Л., 1989.

4. Энциклопедический словарь юного литературоведа / Сост. В.И. Новиков. М., 1988.

Приложение 1

Д. Фонвизин. Недоросль

Действие IV

Явление VIII

Г-жа Простакова, Простаков, Стародум, Скотинин, Правдин, Митрофан и Еремеевна.

Стародум . О, сударыня! До моих ушей уже дошло, что он теперь только и отучиться изволил. Я слышал об его учителях и вижу наперед, какому грамотею ему быть надобно, учася у Кутейкина, и какому математику, учася у Цыфиркина. (К Правдину.) Любопытен бы я был послушать, чему немец-то его выучил.

Г-жа Простакова . Всем наукам, батюшка.

Простаков. Всему, мой отец.

Митрофан . Всему, чему изволишь.

Правдин (Митрофану). Чему ж бы, например?

Митрофан (подает ему книгу). Вот, грамматике.

Правдин (взяв книгу). Вижу. Это грамматика. Что ж в ней знаете?

Митрофан . Много. Существительна да прилагательна...

Правдин . Дверь, например, какое имя: существительное или прилагательное?

Митрофан . Дверь? Котора дверь?

Правдин. Котора дверь! Вот эта.

Митрофан. Эта? Прилагательна.

Правдин . Почему ж?

Митрофан . Потому что она приложена к своему месту. Вон у чулана шеста неделя дверь стоит еще не навешена: так та покамест существительна.

Стародум. Так поэтому у тебя слово дурак прилагательное, потому что оно прилагается к глупому человеку?

Митрофан . И ведомо.

Г-жа Простакова. Что, каково, мой батюшка?

Простаков . Каково, мой отец?

Правдин . Нельзя лучше. В грамматике он силен. Я думаю, не меньше и в истории.

Г-жа Простакова . То, мой батюшка, он еще сызмала к историям охотник.

Скотинин. Митрофан по мне. Я сам без того глаз не сведу, чтоб выборный не рассказывал мне историй. Мастер, собачий сын, откуда все берется!

Г-жа Простакова . Однако все-таки не придет против Адама Адамыча.

Правдин (Митрофану). А далеко ли вы в истории?

Митрофан . Далеко ль? Какова история. В иной залетишь за тридевять земель, за тридесято царство.

Правдин . А! Так этой-то истории учит вас Вральман?

Стародум. Вральман? Имя что-то знакомое.

Митрофан. Нет. Наш Адам Адамыч истории не рассказывает; он, что я же, сам охотник слушать.

Г-жа Простакова. Они оба заставляют себе рассказывать истории скотницу Хавронью.

Правдин . Да не у ней ли оба вы учились и географии?

Г-жа Простакова (сыну). Слышишь, друг мой сердечный? Это что за наука?

Митрофан (тихо матери). А я почем знаю.

Г-жа Простакова (тихо Митрофану). Не упрямься, душенька. Теперь-то себя и показать.

Митрофан (тихо матери). Да я не возьму в толк, о чем спрашивают.

Г-жа Простакова (Правдину). Как, батюшка, назвал ты науку-то?

Правдин. География.

Г-жа Простакова (Митрофану). Слышишь, еоргафия.

Митрофан . Да что такое! Господи боже мой! Пристали с ножом к горлу.

Г-жа Простакова (Правдину). И ведомо, батюшка. Да скажи ему, сделай милость, какая это наука-то, он ее и расскажет.

Правдин . Описание земли.

Г-жа Простакова (Стародуму). А к чему бы это служило на первый случай?

Стародум . На первый случай сгодилось бы и к тому, что ежели б случилось ехать, так знаешь, куда едешь.

Г-жа Простакова . Ах, мой батюшка! Да извозчики-то на что ж? Это их дело. Это таки и наука-то не дворянская. Дворянин только скажи: повези меня туда, свезут, — куда изволишь. Мне поверь, батюшка, что, конечно, то вздор, чего не знает Митрофанушка.

Стародум . О, конечно, сударыня. В человеческом невежестве весьма утешительно считать все то за вздор, чего не знаешь.

Г-жа Простакова . Без наук люди живут и жили. Покойник батюшка воеводою был пятнадцать лет, а с тем и скончаться изволил, что не умел грамоте, а умел достаточек нажить и сохранить. Челобитчиков принимал всегда, бывало, сидя на железном сундуке. После всякого сундук отворит и что-нибудь положит. То-то эконом был! Жизни не жалел, чтобы из сундука ничего не вынуть. Перед другим не похвалюсь, от вас не потаю: Покойник-свет, лежа на сундуке с деньгами, умер, так сказать, с голоду. А! Каково это?

Стародум . Препохвально. Надобно быть Скотинину, чтоб вкусить такую блаженную картину.

Приложение 2

М. Зощенко

КОЧЕРГА

Директор некого учреждения, машинистка, секретарь, истопник, служащий из юридического отдела, ведущий.

Директор (шагая по комнате, диктует). Имея шесть печей при наличии одной кочерги, немыслимо предохранить служащих от несчастных случаев. А посему в срочном порядке прошу выдать подателю сего требования пять коче...

(Почесавши затылок.) Что за черт. Не помню, как пишется — пять коче... Три кочерги — ясно. Четыре кочерги — тоже понятно. А пять? Пять — чего? Пять кочерги...

Машинистка (пожав плечами). Вообще впервые слышу это слово, уж во всяком случае в школе мне не приходилось склонять что-либо подобное.

Директор. Позвать сюда секретаря.

Секретарь. Кто, что? — кочерга... Кого, чего? — кочерги Кому, чему? — кочерге...

Директор . Стой, стой!.. Мы хотим купить этих штук много, как это будет? Кочер?..

Секретарь . Так-так, вертится на языке, но вспомнить не могу. Однако есть отличный выход. Напишем на склад два требования — на три кочерги и на две кочерги. Итого получим пять.

Директор (почесал в затылке). Нет. Это неудобно. Посылать две одинаковые бумажки — это разводить канцелярщину... Лучше уж позвоним в Академию наук и спросим, как пишется пять коче...

Секретарь набирает номер.

Директор . Стойте, не надо звонить, еще чего доброго найдется писака, фельетон про меня напишет, скажет, что директор малограмотный. Хорошо бы еще раз позвать истопника, чтоб услышать это слово из его уст. Все-таки человек всю жизнь вращается у печей. Уж кому-кому, а ему известно, как произнести пять коче...

Истопник стоит, мнется, бормочет что-то под нос.

Истопник. Пять штук надо, а без них никак нельзя, только так можно оберечься, а иначе отдавайте под суд.

Директор (потеряв терпение). Да что вам нужно?!

Истопник . Сами знаете что... Пять кочерыжек...

Директор . Позвать сюда служащего из юридического отдела. (Служащий входит). Понимаете, милейший, нам надо составить требование таким образом, чтобы слово «кочерга» упоминалось во множественном числе и вместе с тем, чтобы склад выдал пять штук.

Служащий (покусав карандаш). До сего времени наше учреждение, имея шесть печей, обходилось всего лишь одной кочергой. В силу этого просьба выдать еще пять штук, для того, чтобы на каждую печку имелась бы одна самостоятельная кочерга. Итого выдать — пять штук.

Директор. Посылай эту бумагу.

Машинистка. А я сейчас звонила своей мамаше, у ней 30 лет стажа, и она меня заверила, что нужно писать пять кочерег или пять кочерг.

Секретарь . Я так и думал. Только на меня затмение нашло.

Ведущий . Пройдет зима. Потом будет лето. До зимы далеко. Об отоплении думать пока что не приходится. Весной хорошо думать о грамотности, хотя бы в связи с весенними экзаменами в средней школе. Что же касается данного слова, то слово действительно каверзное, доступное Академии наук и машинистке с тридцатилетним стажем.

Приложение 3

Н. Носов

ЗАМАЗКА

Костя, Шурик, гражданин, зрители в кинотеатре.

Костя и Шурик лепят из замазки зверей. Они у них получаются. Костя слепил змею.

Костя. Посмотри, что у меня получилось.

Шурик. Ливерная колбаса.

Костя обижается и прячет замазку в карман.

Костя. Ладно, пошли в кино.

Шурик. Где замазка?

Костя. Вот она, в кармане. Не съем я ее!

На сцене несколько рядов стульев, изображающих кинотеатр. Приходит Костя, кладет замазку на стул. На стул садится гражданин.

Костя. Это место занято, здесь Шурик сидит.

Гражданин . Кто такой Шурик? Здесь я сижу.

Тут прибегает Шурик и садится рядом с другой стороны.

Шурик . Где замазка?

Костя . Тише!

Шурик. Кто это?

Костя . Не знаю.

Шурик. Чего ж ты его боишься?

Костя. Он на замазке сидит.

Шурик . Зачем же ты отдал ему?

Костя. Я не давал, а он сел.

Шурик . Так забери!

Костя . Дяденька! Отдайте замазку.

Гражданин . Какую замазку?

Костя . Которую мы из окна выковыряли.

Гражданин . Из окна выковыряли?

Костя. Ну да. Отдайте, дядя!

Гражданин . Да я ведь не брал у вас!

Костя . Мы знаем, что не брали. Вы сидите на ней.

Гражданин . Сижу?!

Костя . Ну да.

Гражданин подскакивает на стуле.

Гражданин . Чего ж ты раньше молчал, негодный?

Костя . Так я ведь говорил вам, что место занято.

Гражданин . Когда же ты говорил? Когда я сел уже!

Костя . Откуда же я знал, что вы сядете?

Гражданин встает и шарит на стуле.

Гражданин . Ну, где же ваша замазка, злодеи?

Костя. Постойте, вот она!

Гражданин . Где?

Костя. Вот, на стуле размазалась. Мы сейчас счистим.

Гражданин . Счищайте скорей, негодные!

Зрители. Садитесь!

Гражданин . Не могу, у меня тут замазка.

Наконец ребята соскабливают замазку.

Шурик. Ну, теперь хорошо. Садитесь.

Гражданин садится. Становится тихо.

Костя. Ты уже съел свой пряник?

Шурик. Нет еще. А ты?

Костя. Я тоже нет. Давай есть.

Шурик. Давай.

Слышится чавканье. Костя вдруг плюет и хрипит.

Костя. Послушай, у тебя пряник вкусный?

Шурик. Угу.

Костя. А у меня невкусный. Мягкий какой-то. Наверное, растаял в кармане.

Шурик . А замазка где?

Костя . Замазка вот, в кармане... Только постой! Это не замазка, а пряник. Тьфу! В темноте перепутал, понимаешь, замазку и пряник. Тьфу! То-то я гляжу, что она невкусная!

Костя со злости швыряет замазку на пол.

Шурик. Зачем же ты ее бросил?

Костя . А на что мне она?

Шурик . Тебе не нужна, а мне нужна. Где же она? Вот ищи теперь.

Костя . Сейчас я найду. (Исчезает под стулом.) Ай! дядя, пустите!

Гражданин . Кто это там?

Костя . Это я.

Гражданин . Кто — я?

Костя . Я, Костя. Пустите меня!

Гражданин. Да я ведь не держу тебя.

Костя . Вы мне на руку наступили!

Гражданин . Чего ж ты полез под стул?

Костя. Я замазку ищу.

Костя лезет под стулом и встречается с Шуриком нос к носу.

Шурик. Кто это?

Костя. Это я, Костя.

Шурик . Нашел?

Костя. Ничего не нашел.

Шурик . И я не нашел.

Костя. Давай лучше кино смотреть, а то все пугаются, в лицо ногами тыкают, думают — собака.

Костя и Шурик пролезают под стульями и усаживаются на свои места. Публика бросается к выходу.

Костя . Что это за кино мы смотрели? Я что-то ничего не разобрал.

Шурик. А я, думаешь, разобрал? Какая-то чепуха на постном масле. Показывают же такие картины.

Сценарий театральной постановки по рассказу М. Зощенко «Стакан»
Герой: Здравствуйте, уважаемые зрители! Тут недавно со мной произошла такая история – нарочно не придумаешь! И все из-за чего – ведь пустяк какой! Эх, расскажу по порядку.
Встречаю я как-то нашего маляра Ивана Антоновича Блохина с супругой его, Марьей Васильевной.
Выходят Марья Васильевна и Антон Иванович.
М.В.: Приходите к нам, уважаемый, на именины в четверг. Курей и жареных утей у нас, правда, нет, паштетов тоже не предвидится. Но чаю хлебайте сколько угодно, и даже можете с собой домой брать.
Герой: Я говорю: - В чае хотя интерес не большой, но прийти можно. Иван Антонович Блохин довольно добродушно ко мне относится и даже бесплатно потолок однажды побелил.
М.В.: Ну, приходите тем более.
Герой: В четверг я и пошёл.
Ширмы раздвигаются, зрители видят накрытый стол и гостей.
Герой: А народу припёрлось множество. Родственники всякие. Деверь тоже, Петр Антонович Блохин. Ядовитый такой мужчина. Против арбуза сел. И только у него, знаете, и делов, что арбуз отрезает перочинным ножом и кушает.
А я выкушал один стакашек чаю, и неохота мне больше. Душа, знаете, не принимает. Да и вообще чаишко неважный, надо сказать,- шваброй малость отзывает. И взял я стакашек и отложил в сторону. Да маленько неаккуратно отложил. Сахарница тут стояла. Об эту сахарницу я прибор и кокнул, об ручку. (Раздается звон. Все гости смотрят на Героя) Я думал, не заметят. Заметили, дьяволы.
М.В.: Никак, батюшка, стакан тюкнули?
Герой: Пустяки, Марья Васильевна Блохина. Ещё продержится.
Деверь: То есть как это пустяки? Хорошие пустяки. Их в гости приглашают, а они предметы тюкают.
М.В. (берет стакан, с сожалением осматривает его): Это чистое разорение в хозяйстве - стаканы бить. Это один - стакан тюкнет, другой - кранчик у самовара начисто оторвёт, третий - салфетку в карман сунет. Это что ж и будет такое?
Деверь (встает, берет в руки арбуз, грозит): Об чём речь. Таким гостям прямо морды надо арбузом разбивать.
Герой: Мне товарищ деверь, довольно обидно про морду слушать. Я, товарищ деверь, родной матери не позволю морду мне арбузом разбивать. И вообще чай у вас шваброй пахнет. Тоже мне, приглашение. Вам, три стакана и одну кружку разбить - и то мало.
М.В. (встает, возмущается): У меня привычки такой нету - швабры в чай ложить. Может, это вы дома ложите, а после на людей тень наводите. Я не оставлю вас так после этого!
Герой: Тьфу на всех, и на деверя тьфу.
Ширмы закрываются.
Герой: Через две недели является ко мне милиционер.
Милиционер: Гражданин, извольте заплатить гражданке Блохиной двугривенный за разбитый стакан.
Герой: Я платить не отказываюсь, а только пущай мне этот треснувший стакан отдадут из принципа.
М.В. (достает стакан): Подавись этим стаканом. Бери его.
Герой отдает деньги. Милиционер и М.В. уходят
Герой: Вот такая история, уважаемые зрители. Но я это так просто не оставлю! Ну, теперь я их по судам затаскаю. Потому, действительно, когда характер мой задет,- я могу до трибунала дойти. (Грозит кулаком)

Для секции филологов школы № 37 от Стребличенко Е. А. (2015 г.)

«Играем жизнь» (по рассказам М. Зощенко, А. Аверченко)

Одноактный спектакль, рассчитанный на 35-40 минут.

Явление первое.

Действие начинается во время рассаживания зрителей по местам. Артисты и группа ассистентов распределяются по всему залу. Играет спокойная фоновая музыка начала 20 века. В зал заглядывает гардеробщик и громко кричит: «Граждане, польта сымайте!» На сцену выходит человек в пальто (Василий Митрофанович). Стоит, озираясь, с несчастным лицом. Снова голос гардеробщика: «Эй, гражданин! Польта, говорю, сымайте!»

К человеку подходят двое (мужчина – товарищ Локтев - в костюме и дама-Нюща Кошелькова - одетая по моде 20-х годов), мужчина в костюме протягивает руку: «Как хорошо, Василий Митрофанович, что вы пришли в театр. А почему вы не раздеваетесь?»

В. М. - Товарищи, не знаю, чего и делать. Я сегодня одет неважно. Неловко как-то мне пальто сымать. Все-таки подтяжки и сорочка опять же грубая.

Товарищ Локтев: - Ну, покажись.

(В. М. расстегивает пальто, распахивает. Все видят кальсоны с подтяжками и грязную рубаху с большой пуговицей на вороте, пришитой чёрными нитками).

Локтев: - Да, действительно, - видик...

Нюша:- Я, лучше домой пойду. Я, не могу, чтоб кавалеры в одних рубахах рядом со мной ходили. Вы бы, ещё подштанники поверх штанов пристегнули. Довольно вам неловко в таком отвлечённом виде в театры ходить.

В. М.:- Я не знал, что я в театры иду,- дура, какая. Я, может, пиджаки редко надеваю. Может, я их берегу,- что тогда? Я вообще гулял или горло шёл промочить – не помню, а тут такие же, как и вы уговорили меня пойти в театр - провести культурно вечер.

(сплёвывает с досады, утирается рукавом пальто)

Локтев:- Вот чего… Я, Василий Митрофанович, сейчас тебе свою жилетку дам. Надевай мою жилетку и ходи в ней, будто тебе всё время в пиджаке жарко. (расстегивает пиджак) - Ой,- мать честная, я, сам сегодня не при жилетке. Я, тебе лучше сейчас галстук дам, всё-таки приличней. Привяжи на шею и ходи, будто бы тебе всё время жарко.

Нюша:- Лучше, я, ей-богу, домой, пойду. Мне, дома как-то спокойней. А то, один кавалер чуть не в подштанниках, а у другого галстук заместо пиджака. Пущай, Василий Митрофанович в пальто попросит пойти.

Локтев:- Это,- не девятнадцатый год - в пальто сидеть. Не разрешат…

В М..- Ну,- ничего не пропишешь. Кажись, братцы, надо домой ползти.

(идёт к выходу, после резко разворачивается и идёт обратно) Нет! Как подумаю, братцы, что деньги заплачены, не могу идти - ноги не идут к выходу.

Локтев:- Вот чего. Ты, подтяжки отстегни,- пущай их дама понесёт заместо сумочки. А сам валяй, как есть: будто у тебя это летняя рубашка апаш и тебе, одним словом, в ней всё время жарко.

(помогает снять пальто, отстёгивают подтяжки, выпускают рубаху. Протягивает подтяжки даме)

Дама:- Я подтяжки не понесу, как хотите. Я, не для того в театры хожу, чтоб мужские предметы в руках носить. Пущай Василий Митрофанович сам несёт или в карман себе сунет. Лучше я домой сейчас пойду.

Дама пытается уйти, кавалер её уговаривает вернуться в зал. В. М засовывает подтяжки в карман, ёжится от холода и садится в зал. Начинается спектакль.

Явление второе.

На сцене стол, накрытый красной тканью. Настольная лампа. Телефон. Графин с водой. Стакан. За столом сидит женщина-судья. На стенах плакаты 20-х годов. Участковый милиционер вводит двоих (муж и жена – семья самогонщиков).

Судья пристально смотрит на обвиняемых: -- Так как же, значит, вы, обвиняемый, не признаете себя виноватым?
Подсудимый: -- Нету, не признаю. .. Она во всем виновата. Она пущай и расплачивается. Я ничего не знаю про это. . .
Судья: -- Позвольте, -- как же так? Вы живете с женой в одной квартире и ничего не знаете. Не знаете даже, чем занимается ваша жена.
Подсудимый -- Не знаю, гражданка судья.. . Она во всем.. .
Подсудимиая: -- Верно уж, начальник судья, верно.. . Я во всем виновата... Меня и казните. .. Он не касается. ..
Судья: -- Гражданка, если вы хотите выгородить своего мужа, то напрасно. Суд все равно разберет. . . Вы только задерживаете дело. .. Вы сами посудите: не могу же я поверить, что муж живет в одной квартире и ничего не знает... Что, вы не живете с ним, что ли?
Подсудимая молчит. Муж радостно кивает головой: -- Не живу я с ней, -- вот именно: не живу. Некоторые думают, что я живу, а я нет. . . Она во все виновата. . -Характером, гражданин судья, мы не сошлись…и вообще.. Она и старше меня и. . .
Подсудимая поднимается (руки в боки): -- То есть, как это старше? Ровесники мы с ним, гражданин судья..... На месяц-то всего я и старше.
Подсудимый: -- Марусечк а, это верно, на месяц только. . . Это она правильно, гражданин судья. . . Ну, а для бабы каждый месяц, что год. . . В сорок-то лет. . . а для бабы и тридцать девять -- возраст. И волос все-таки седой к сорока-то и вообще. . . кожа уж не та, и морщинки, ежели, скажем, в сорок-то лет. .. Не живу я с ней, гражданка судья...
Подсудимая кричит: -- Ах, вот как! Кожа тебе не по скусу? Морщинки тебе, морда собачья, не ндравятся? Перед народом меня страмить выдумал. . . Врет он, гражданин судья! Живет он со мной. Живет. И самогонный аппарат сам покупал. . . Я ж для него, кровь порчу, спасаю его, а он вот что! Страмить меня. . . Пущай вместе казнят...
Судья улыбается. Подсудимая плачет, громко сморкаясь в платок. Подсудимый оторопело смотрит на жену. Потом с отчаянием машет рукой: - Баба, баба и есть, чёртова баба. .. Пущай уж, гражданин судья. . . я тоже. .. И я виноват. Пущай уж... У-у, стерва... (замахивается)

Судья: - На первый раз аппарат конфисковываем и штраф заплатите. А ещё раз повторится… посажу! кричит : - Эй, кто там есть? Уведите!
Подсудимые уходят. Звонит телефон (вызов в коммунальную квартиру). Судья: Да. Слушаю. Будет сделано. - вздыхает: - До чего ж народ нервный пошёл. Расстраивается по мелким пустякам. Горячится. И через это дерётся грубо, как в тумане. Вот опять вызов в коммунальную квартиру. (Уходит).

Явление третье.

На сцене со стола снимается скатерть, ставится примус (плиточка) и разная посуда, среди которой ёршик для чистки бутылок. Выходит дама (Марья Васильевна Щипцова) в халате, в бигудях и с кружкой в руке. Возится возле посуды, берёт ёршик и пытается прочистить примус. Приговаривает: «С чего бы он, дьявол, не разжигается? Не закоптел ли, провались совсем!»

Входит Дарья Петровна Кобылина: - Ёжик-то, уважаемая Марья Васильевна, промежду прочим, назад положьте.

М. В.:- Пожалуйста,- подавитесь, Дарья Петровна, своим ёжиком. Мне,- до вашего ёжика дотронуться противно, не то, что его в руку взять. (Бросает ёршик на стол. Входит Иван Степаныч Кобылин – муж Дарьи Петровны).

Иван Степаныч (в халате и тапках): - Так, так…Я, ну, словно слон, работаю за тридцать два рубля с копейками в кооперации, улыбаюсь, покупателям и колбасу им отвешиваю, и из этого на трудовые гроши ёжики себе покупаю, и нипочём то есть не разрешу постороннему чужому персоналу этими ёжиками воспользоваться.

М. В. – Да пропадите вы со своими ёжиками! Надоела эта коммунальная квартира! (Пытается уйти, но её не пускают). Входит Инвалид Гаврилыч (на костылях):. - Что это за шум, а драки нету?

Начинается драка. Подбегают ещё жильцы, толкаются, трясут за грудки друг друга. Дамы таскают друг друга за волосы. А инвалид скачет вокруг и подначивает: - Да! Так ей, так. И ему дай, чтобы знал!

Иван Степаныч: - Уходи, Гаврилыч, от греха. Гляди, последнюю ногу оборвут.

Гаврилыч:- Пущай, нога пропадёт! А только, не могу я теперича уйти. Мне, сейчас всю амбицию в кровь разбили!

Под носом у Гаврилыча кровь. Кто-то ударяет инвалида кастрюлькой по голове. Инвалид падает. Все расступаются.

М. В. бросается к инвалиду, кричит: Из-за вас всё, из-за вас он лежит, скучает.

И. С.: Вот те, клюква, с чего же это мы, уважаемые граждане, разодрались?

Слышен голос из-за кулис: - Запасайтесь, дьяволы, гробами, сейчас стрелять буду! Вбегает милиционер с пистолетом. Всё разбегаются. Инвалид потихоньку поднимается и на четвереньках уползает, волоча за собой костыли.

Во время всего действия М. В. делает взмахи руками, иногда приседает. Начинается роптание (ассистенты) и выкрики с мест.

М. В. – Граждане! Уважаемые товарищи! Я верчусь от холода. Посидите-ка в одной рубахе. А я, братцы, и сам не рад. Что же сделать?

Выбегают несколько мужчин, волокут М. В. к выходу. Он упирается и кричит: «Не имеете права! Я культурно отдыхаю! Я рубль двадцать заплатил! Верните деньги!..»

В зале хохот и улюлюканье. М. В. вырывается и (с досадой, махнув рукой):

Вот гадость-то! Прямо не угадаешь, откуда неприятности... Пойду лучше горло промочу. (уходит)

Ведущий: АНТРАКТ!

Явление третье.

На стульях сидят борец-тяжеловес Костя Махаев и несколько ребят. Костя очень огорчён.

Подходит товарищ спрашивает: - - Э... Гм... Чего это он?

Христич: -- Обидели его… Не может успокоиться. Даже в театр его затянули, а он в себя прийти не может. Плачет даже. Борьбовый репортер обидел его. -- ----Т:-- Выругал, что ли?

Муколяйнен: -- Еще как! Скажи ему, Костя.

Костя безнадежно отмахивается рукой и, опустив голову, рассматривает пол под ногами с таким видом, который ясно показывал, что для Кости никогда уже не наступят светлые дни, что Костя унижен и втоптан в грязь окончательно и что праздные утешения друзей ему не помогут.

Т:-- Как же он тебя выругал? Ты ведь первый борец в нашем городе. Столько медалей…

Костя: -- Тезеем назвал. Это он позавчера... А вчера такую штуку преподнес: "сибиряк, говорит, Махаев, -- борется, как настоящий Геракл".

Джакобс: -- Наплюй. Стоит обращать внимание!

Костя: -- Да... наплюй. У меня мать-старушка в Красноярске. Сестра три класса окончила. Какой я ему Геракл?! Да ты знаешь, что такое Геракл?

Муколяйнен: -- Геракл? Нет. Тезей -- еще так-сяк, а Геракл, действительно. Обидно как-то. А ты подойди к репортеру вечером, спроси. Поговори с ним по душам.

Быльский: - - Рассобачились эти репортёры очень. Вчера негра в газете назвали сыном Тимбукту... Спроси -- трогал его негр, что ли?

Костя: -- Негру хорошо, он по-русски не понимает. А я прекрасно понимаю, братец ты мой!..Ладно, пойдём, в буфет.

В это время со сцены убирают посуду, и на столе появляется ваза с пирожными; рядом стоит улыбчивая буфетчица.

По залу начинают ходить люди. Диалог двух мужчин (из Аверченко).

Толстяк: -- А-а! Сколько зим, сколько лет!!

Колесакин. (вскакивая, оборачивается и с недоумением смотрит на толстого красного человека). Первый трясёт Колесакину руку:-- Ну как же вы, батенька, поживаете?

Колесакин в сторону: -- Черт его знает, может быть действительно где-нибудь познакомились. Неловко сказать, что не помню.

Вслух:-- Ничего, благодарю. Вы как?

Толстяк:.-- Хо-хо! А что нам сделается?! Ведь вы меня, наверное, втайне ругаете?

Колесакин: -- Нет. Я вас никогда не ругал .

Толстяк (подмигивая): А за триста-то рублей! Кстати, что вспомнил... Позвольте рассчитаться. Большое мерси!

Толстяк достаёт толстый кошелёк и отдаёт деньги. Колесакин оживляется: -- Очень вам благодарен. А скажите... не могли бы вы -- услугу за услугу -- до послезавтра одолжить мне еще четыреста рублей? Платежи, знаете, расчет срочный... послезавтра я вам пришлю, а?

Толстяк :-- Сделайте одолжение! Пожалуйте! (даёт ещё деньги) А, кстати: куда девать те доски, о которых я вам писал? Чтобы не заплатить нам за полежалое.

Колесакин: -- Куда? Да свезите их ко мне, что ли. Пусть во дворе полежат.

Толстый господин: -- Что вы! Шутить изволите, батенька? Это три-то вагона?

Колесакин (немного смутившись):-- Да! У меня есть свои соображения, которые... Одним словом, чтобы эти доски были доставлены ко мне -- вот и все. А пока позвольте с вами раскланяться. Расходятся в разныестороны.

На сцену выходят мужчина (Иван Гаврилович) и его спутница. И. Г. Одет в чуть помятые брюки и пиджак, но при галстуке. Дама по моде 20-х годов, не особо ухоженная, но в модной шляпке.

И. Г: - Интересно, действует ли тут водопровод?

Дама: - Не знаю.

(дама смотрит на стойку с пирожными)

И. Г. ловит взгляд дамы:- Ежели вам охота скушать одно пирожное, то не стесняйтесь. Я заплачу.

Дама:- Мерси.

(дама съела одно пирожное, берёт другое и пододвигает к себе третье, а кавалер вынимает из кармана мелочь и пересчитывает). После подходит к даме: - Не пора ли нам в театр сесть? Звонили, может быть.

Дама: - Нет .

И. Г. - - Натощак - не много ли? Может вытошнить

Дама: - Нет, мы привыкшие . (тянется за следующим пирожным)

И. Г.- Ложи, взад! Ложи, к чёртовой матери !

(бросает мелочь на стол буфетчице)

Буфетчица: - Стойте, с вас за четыре штуки, а тут только за три!

И. Г. - Как, за четыре?! Когда четвёртое в блюде находится.

Буфетчица: - Нет, хотя оно и в блюде находится, но надкус на ём сделан и пальцем смято.

И. Г.- Как, надкус, помилуйте! Это ваши смешные фантазии.

(вокруг люди дают советы, одни кричат, что надкус есть, другие - что нет)

И. Г. выворачивает карманы, сыплется всякий мусор и несколько монет. Он поднимает и оплачивает ещё за пирожное. Все смеются. Заплатил. Обращается к даме:- Докушайте, гражданка. Заплачено .

Дама не двигается. Из толпы выходит мужчина: - Давай, я докушаю . (забирает пирожное)

Дама: - Довольно свинство с вашей стороны. Которые без денег - не ездют с дамами.

И. Г.- Не в деньгах, гражданка, счастье. Извините за выражение.

(уходят)

Явление четвёртое.

Выходит ведущий из «Артиста» и говорит:

Жизнь нынче, товарищи, пошла ненормальная. Кем только не приходится в ней быть. Я кем только не работал: и плотником был, и монтёром. Теперь вот актёром. Прикасаюсь, так сказать, к искусству. Много в энтом хорошего: скажем, публика смотрит, узнаёт, и сам гордишься. Как- никак, Жизнь играем. (Слышится звон колокола)

А ведь я своей жене не верный, и у соседа велосипед украл. Пойду в полицию, напишу на себя заявление и у жены прощения попрошу.

Подходит жена:

Ничего страшного, милый, я давно тебя не люблю. Живу с тобой из-за большого дома, доставшегося тебе по наследству. Думаю, может, овдовею, и всё моё будет.

В зале то один, то другой поднимаются и правду говорят. Те, кто собирается на себя заявлять, выходят потихоньку к выходу.

Мальчик: - Папа, в третьей четверти у меня поставлены две единицы, а я переправил их на четыре, да и показал тебе.

Ответ папы: - И что? Ты, сынок, думаешь, что я честный предприниматель? Товарищи! Покупатели! Ничего нет настоящего у меня в магазине - всё фальшивое! Мыло, масло, табак, икра - даже хлеб! Как это вы до сих пор терпите!

Покупатель: - Каяться вы все мастера, а того, что я тебе вчера фальшивую сторублёвку подсунул, этого ты, небось, не знаешь. Эй, господа, не знаете, какой адрес прокурора?

Встаёт человек (нищий): - Люди! Вы мне уже третий год даёте то две, то три копейки при каждой встрече. Где у вас глаза-то были? Да я в сто раз, может быть, богаче вас: у меня есть два дома на Московской улице. И дачу у стариков обманным путём отобрал. Не могу больше! Посадите меня в тюрьму!

Другой человек: - Где тут принимают заявления о побеге с каторги?

Мужчина солидной наружности: -- Пойдём вместе. Мне нужно заявить тоже об уголовном дельце: я чиновник – такие взятки беру…

Женщина обращается к другой женщине : - А я домработницей к вам устроилась не просто так: продуктов у вас столько перетаскала – а вы и не замечаете.

Ответ: И ладно. Беда большая… Я вчера в ювелирном магазине цепочку спёрла. Пойду сдамся властям.

Колокол звучит всё тише и тише. Артист со сцены:

Ох уж этот медный колокол. Как завезли его в наш город – одни беды от него. Скоро обещали переплавить, от греха подальше. Уходит.

Занавес опускается. Снова выходит ведущий:

Аркадий Аверченко и Михаил Зощенко написали эти рассказы почти 100 лет назад. А многое ли изменилось?

МАОУ «Лицей 10»

Инсценировка рассказа

М. Зощенко «Храбрые дети»

Подготовила

Педагог дополнительного образования

Дмитриева Людмила Леонидовна

Пермь, 2015

М. Зощенко «Храбрые дети»

СЦЕНАРИЙ

Выбегают дети, у одного из них конверт.

Все: Ура!

АНДРЕЙ: От полковника (по слогам) Бородина.

Все: Доставай быстрее!

ЕВА: Дай Маше, у неё по чтению пятерка была!

МАША: Военное командование Красной Армии благодарит ребят за их храброе и мужественное поведение. Враг не пройдет. Победа будет за нами!

ВСЕ: ура!

СЕМЕН: А здорово я ему тогда треснул!

ОЛЕСЯ: А я сначала очень испугалась.

ЕГОР: А мне он руку сломал. Сильный был.

ЛИЗА: А я как сейчас помню…. картофельное поле наше, огромное…и мы одни…

ДАША: Картошку мы выкапывали и накладывали в мешки. Делали мы это потому, что все взрослые были на войне, и некому было убирать картошку.

СОНЯ: И тут пушки наши начали стрелять.

ВСЕ: БАХ! БАХ! (половина кричит, остальные уши закрывает)

ВСЕ :«У……»

ДАША: Смотрим – фашистский самолет летит.

ЕГОР: БАХ!

ЛИЗА: подбили фрица!

ВСЕ: УРА!

АЛЕНА: самолет загорелся (показывает пальцем ) а летчик успел выброситься с парашютом, (ведет пальцем вниз ) и прямо на наше поле опустился.

ОЛЕСЯ: Револьвер выхватил и хотел стрелять.

СЕМЕН: Но увидев одних детей, не стал. Спрятал револьвер, а сам наверное подумал: «Такая мелочь, как эти дети, мне совершенно не опасна»

КРИСТИНА: Карту вытащил и стал смотреть, где он находится и в какую сторону ему бежать.

(Семен отбегает в сторону)

СЕМЕН: Ребята! (все к нему подбегают) Нельзя допустить, чтобы этот немецкий лётчик убежал. Давайте возьмем его в плен.

АЛИНА: Как же мы его в плен возьмем? Это взрослый мужчина с револьвером.

МАША : А мы – маленькие, в плен никогда никого не брали. А Лизе и Андрейке, еще всего восемь лет, они же малыши.

СЕМЕН : Зато нас сорок пять человек.

(шепчутся, потом двигаются боком)

ОЛЕСЯ: Подошли мы поближе к фашисту и стали на него смотреть, будто интересуемся им. А тот на нас и внимания не обращает, дескать, мелюзга, мелочь, не боюсь их.

ЛИЗА: Тут Петюшка свистнул и все ребята бросились на фашиста.

(прыгают)

МАША: фашист от неожиданности упал в траву, стал бороться, хотел вырваться, но мы его не выпускали.

СЕМЕН, АНДРЕЙ: Мы за руки держали!

СОНЯ и МАША, ДАША: А мы – за ноги,

СОНЯ : ух, и сильные ножищи.

АЛЕНА, КРИСТИНА и АЛИНА: А мы за штаны держали

ЕГОР: (Маша в другую сторону отпрыгивает) Он отбрасывает некоторых ребят в сторону, но мы снова на него наседаем.

ОЛЕСЯ И ЛИЗА, ЕВА: А мы за волосы ухватились!

ЛИЗА: а глазища – страшные, противные.

МАША: Крепко вы его схватили за волосы, фашист прямо взмолился.

Сценарий театральной постановки по рассказу М. Зощенко «Стакан»

Герой: Здравствуйте, уважаемые зрители! Тут недавно со мной произошла

такая история – нарочно не придумаешь! И все из-за чего – ведь пустяк

какой! Эх, расскажу по порядку.

Встречаю я как-то нашего маляра Ивана Антоновича Блохина с супругой его,

Марьей Васильевной.

Выходят Марья Васильевна и Антон Иванович.

М.В.: Приходите к нам, уважаемый, на именины в четверг. Курей и жареных

утей у нас, правда, нет, паштетов тоже не предвидится. Но чаю хлебайте

сколько угодно, и даже можете с собой домой брать.

Герой: Я говорю: - В чае хотя интерес не большой, но прийти можно. Иван

Антонович Блохин довольно добродушно ко мне относится и даже бесплатно

потолок однажды побелил.

Герой: В четверг я и пошёл.

Герой: А народу припёрлось множество. Родственники всякие. Деверь тоже,

Петр Антонович Блохин. Ядовитый такой мужчина. Против арбуза сел. И

только у него, знаете, и делов, что арбуз отрезает перочинным ножом и

А я выкушал один стакашек чаю, и неохота мне больше. Душа, знаете, не

принимает. Да и вообще чаишко неважный, надо сказать,- шваброй малость

отзывает. И взял я стакашек и отложил в сторону. Да маленько неаккуратно

отложил. Сахарница тут стояла. Об эту сахарницу я прибор и кокнул, об

ручку. (Раздается звон. Все гости смотрят на Героя) Я думал, не заметят.

Заметили, дьяволы.

Деверь: То есть как это пустяки? Хорошие пустяки. Их в гости приглашают,

а они предметы тюкают.

М.В. (берет стакан, с сожалением осматривает его): Это чистое разорение

в хозяйстве - стаканы бить. Это один - стакан тюкнет, другой - кранчик у

самовара начисто оторвёт, третий - салфетку в карман сунет. Это что ж и

будет такое?

Деверь (встает, берет в руки арбуз, грозит): Об чём речь. Таким гостям

прямо морды надо арбузом разбивать.

Герой: Мне товарищ деверь, довольно обидно про морду слушать. Я,

товарищ деверь, родной матери не позволю морду мне арбузом разбивать. И

вообще чай у вас шваброй пахнет. Тоже мне, приглашение. Вам, три стакана

и одну кружку разбить - и то мало.

М.В. (встает, возмущается): У меня привычки такой нету - швабры в чай

ложить. Может, это вы дома ложите, а после на людей тень наводите. Я не

оставлю вас так после этого!

Ширмы закрываются.

Герой: Через две недели является ко мне милиционер.

Милиционер: Гражданин, извольте заплатить гражданке Блохиной

двугривенный за разбитый стакан.

Герой: Я платить не отказываюсь, а только пущай мне этот треснувший

стакан отдадут из принципа.

Герой отдает деньги. Милиционер и М.В. уходят

Герой: Вот такая история, уважаемые зрители. Но я это так просто не

оставлю! Ну, теперь я их по судам затаскаю. Потому, действительно, когда

характер мой задет,- я могу до трибунала дойти. (Грозит кулако

Выполнила:

Горохова Н.В. МСКД (4 г.)

Инсценировка по рассказу М. Зощенко «Стакан»

Действующие лица:

Блохина Марья Васильевна

Нарсудья

Место действия: улица.

На сцене закрытая ширма. На ширме нарисован антураж двора двухэтажного дома.

Герой: Здравствуйте, уважаемые зрители! Тут недавно со мной произошла такая история – нарочно не придумаешь! И все из-за чего – ведь пустяк какой! Эх, расскажу по порядку. Тут недавно маляр Иван Антонович Блохин скончался по болезни. А вдова его, средних лет дамочка, Марья Васильевна Блохина, на сороковой день небольшой пикничок устроила. И меня пригласила.

Выходит Марья Васильевна.

М.В.: Приходите к нам, уважаемый, помянуть дорогого покойника. Курей и жареных утей у нас, правда, нет, паштетов тоже не предвидится. Но чаю хлебайте сколько угодно, и даже можете с собой домой брать.

Герой: Я говорю:

В чае хотя интерес не большой, но прийти можно. Иван Антонович Блохин довольно добродушно ко мне относится и даже бесплатно потолок однажды побелил.

М.В.: Ну, приходите тем более.

Марья Васильевна уходит.

Герой: В четверг я и пошёл.

Ширмы раздвигаются, зрители видят накрытый стол и гостей.

Герой: А народу припёрлось множество. Родственники всякие. Деверь тоже, Петр Антонович Блохин. Ядовитый такой мужчина. Против арбуза сел. И только у него, знаете, и делов, что арбуз отрезает перочинным ножом и кушает. А я выкушал один стакашек чаю, и неохота мне больше. Душа, знаете, не принимает. Да и вообще чаишко неважный, надо сказать,- шваброй малость отзывает. И взял я стакашек и отложил в сторону. Да маленько неаккуратно отложил. Сахарница тут стояла. Об эту сахарницу я прибор и кокнул, об ручку.

(Раздается звон. Все гости смотрят на Героя)

Я думал, не заметят. Заметили, дьяволы.

М.В.: Никак, батюшка, стакан тюкнули?

Герой: Пустяки, Марья Васильевна Блохина. Ещё продержится.

Деверь: То есть как это пустяки? Хорошие пустяки. Их в гости приглашают, а они предметы тюкают.

М.В. (берет стакан, с сожалением осматривает его): Это чистое разорение в хозяйстве - стаканы бить. Это один - стакан тюкнет, другой - кранчик у самовара начисто оторвёт, третий - салфетку в карман сунет. Это что ж и будет такое?

Деверь. (встает, берет в руки арбуз, грозит): Об чём речь. Таким гостям прямо морды надо арбузом разбивать.

Герой: Мне товарищ деверь, довольно обидно про морду слушать. Я, товарищ деверь, родной матери не позволю морду мне арбузом разбивать. И вообще чай у вас шваброй пахнет. Тоже мне, приглашение. Вам, три стакана и одну кружку разбить - и то мало.

М.В. (встает, возмущается): У меня привычки такой нету - швабры в чай ложить. Может, это вы дома ложите, а после на людей тень наводите. Я не оставлю вас так после этого!

Герой: Тьфу на всех, и на деверя тьфу.

Ширмы закрываются.

Герой: Через две недели после этого факта повестку в суд получаю по делу Блохиной.

Являюсь и удивляюсь.

Ширмы раздвигаются, зрители видят Нарсудью за столом, Марью Васильевну Блохину за трибуной, гостей в качестве слушателей.

Нарсудья (долго рассматривает дело и говорит):

Гражданин, извольте заплатить гражданке Блохиной двугривенный за разбитый стакан.

Герой: Я платить не отказываюсь, а только пущай мне этот треснувший стакан отдадут из принципа.

М.В. (достает стакан): Подавись этим стаканом. Бери его.

Герой отдает деньги.

Ширмы закрываются.

Герой: Вот такая история, уважаемые зрители. Но я это так просто не оставлю! Ну, теперь я их по судам затаскаю. Потому, действительно, когда характер мой задет,- я могу до трибунала дойти. (Грозит кулаком)